Не липовый мед

Евгений Нектаркин

– Пчеловодством я начал заниматься в начале 80-х прошлого столетия. Сейчас очень любят рефлексировать по тому времени – развитой социализм, все было, справедливое распределение-обеспечение, не воровали. В общем, все верно, если речь идет о пресловутой пайке: проезд в автобусе пять копеек, булка хлеба – 10 и так далее.

Но если разобраться, это была такая жесткая эксплуатация населения: держи на коротком поводке, пообещай квартиру и плати так, чтобы не умерли от голода. Простому человеку не из партийной номенклатуры для того, чтобы бы жить достойно, приобрести, например, машину или не встретить старость в однокомнатной «хрущевке» в те годы нужно было шевелиться.

– Для товарищей, не рожденных в СССР и идеализирующих то время, открою маленький неприятный секрет: для доброй половины советских людей «шевелиться» означало жить по принципу: на работе ты не гость, унеси хотя бы гвоздь. Очень ценилась способность человека достать какой-либо товар, либо оказать качественную услугу, потому что деньги водились в общем-то у всех, а прилавки магазинов не баловали разнообразием ассортимента. Воровать я не хотел, ровно, как и заниматься коммерцией, которая тогда была уголовно наказуемым правонарушением и называлась спекуляцией.

– Можно было вполне легально развести пасеку и реализовывать результаты своего труда. Дело в том, что мед, воск и прочие продукты пчеловодства еще со времен Ивана Грозного были стратегическим товаром, а пчеловоды не облагались налогами и имели прочие вольности. Об особом внимании государства к пчеловодам свидетельствует и декрет Совнаркома РСФСР от 11 апреля 1919 года «Об охране пчеловодства», подписанный товарищем Лениным! Декрет предписывал всем должностным лицам «всячески содействовать» пасечникам, и, что очень важно, «воспрещал делить и отчуждать пасеку». И это во время гражданской войны.

– Начинал я с трех семей. Мой первый «урожай» – полторы фляги меда (60 кг), тогда казалось это очень много. Года четыре у меня ушло на развитие пасеки. Интернета в наши годы не было, специальной литературы тоже не достанешь, поэтому учились на своих ошибках и ошибках товарищей. Сообщество пчеловодов у нас было хорошо развито, все друг друга знали, общались, делились опытом. На пятый год у меня уже была средняя по размеру пасека – 30 семей, и за сезон я накачал 2 тонны меда. Сдав его оптом (тогда действовала система госзакупок меда) по 3 рубля 60 копеек за килограмм, заработал больше 6 тысяч рублей. При зарплате (работал учителем физкультуры) 110 рублей в месяц – такую сумму и за пять лет не заработаешь. Через несколько лет у меня уже было 150 семей, и это уже другие объемы и суммы.

Сейчас все намного проще с информацией, инвентарем, покупкой пчел и транспортом, но вся проблема с реализацией. Закупочные цены оптовиков очень низкие, и я даже не знаю тех, кто сдавал бы мед оптовикам. Для того, чтобы это занятие приносило хоть какой-то доход, реализацией меда приходится заниматься самому: рынок, друзья, друзья друзей, коллеги и т.д. Хорошо, когда у тебя 500 кг и сто друзей, а если несколько тонн? Впрочем, розничная цена на мед тоже не радует – не меняется в течение пяти лет. Если принять средний размер реальной инфляции в год на 10%, то получается, что за пять лет мед подешевел на половину. Быстрых денег на этом деле не заработаешь. Не нужно забывать, что Самарская область относится к так называемым зонам рискованного земледелия. Один сезон может выдаться засушливым, а следующий дождливым. Третий год будет удачным, но на базаре не протолкнешься от пчеловодов со своими трехлитровыми баночками.

Пчеловодство – это тяжелый физический труд. Лето, печет полуденное солнце, все порядочные граждане в отпуске, а ты, не разгибая спины, колдуешь над своими пчелами. Я хочу сказать, что от этого (физического труда) нужно получать удовольствие. В противном случае, лучше работать в офисе, там есть кондиционер и кофе-машина. По сути, это архаичный промысел. За последние лет 150 в пчеловодстве мало, что изменилось. Те же методы и техника, тот же инвентарь. Ну, медогонку, вот, придумали, действующую по принципу центробежной силы.

Укусы бывают. Как без укусов? Привыкаешь, у организма вырабатывается иммунитет к пчелиному яду, к концу первого сезона человек с нормальными иммунной и нервной системами перестает отекать от укусов и обращать на них внимание. А нормальные пчелы – карпатянка или северокавказская, когда у них есть работа, не обращают внимание на пчеловода. Поэтому в жару вся моя спецодежда – это панама от солнца и плавки. Но только не со среднерусской пчелой! Я бы не советовал с ней связываться, особенно начинающим пчеловодам. Никакого удовольствия от работы с этой пчелой вы точно не получите. Она будет вас жалить 24 часа в сутки с самой ранней весны и до поздней осени и никакие костюмы, шлемы и резиновые перчатки не спасут. Начинающим я бы посоветовал за зиму подготовиться теоретически, благо в интернете великое множество ресурсов, посвященных пчеловодству. Идеальный вариант – найти среди своих знакомых опытного пчеловода и попроситься к нему в напарники. Пчеловоды, в отличие от рыбаков, охотников и прочих людей промысла охотно делятся своим опытом. К тому же, на правах начинающего напарника всегда можно попользоваться прицепом для перевозки, медогонкой, если дело дойдет до качки, другим инвентарем, чтобы не покупать все в первый сезон.

Весной из южных регионов России и ближнего зарубежья, там, где весна начинается по календарю, а не в апреле, пчеловоды привозят молодые пчелиные семьи и продают местным. У них и можно купить пчел. У местных умельцев можно приобрести улья, в целях экономии можно даже не новые, и не хитрый инвентарь пчеловода. А дальше следует запастись терпением, много работать и молиться на погоду. Если сезон сложится удачно, а ваша пасека не разлетится в поисках лучшей доли и более внимательного хозяина, есть вероятность выйти в плюс.

Существует множество мифов о меде. Например, считается, что башкирский мед – какой-то особенный и самый полезный на свете. Ну скажем так, это просто бренд, сложившийся за долго до того, как российские люди услышали о маркетинге. При этом, никто вам не даст гарантию, что этот мед собран на территории Башкирии. Помню, как в 90-е годы возили свой мед в Уфу, продавали его оптовикам, которые чуть ли не при нас его фасовали в свои брендованные баночки. Или липовый мед. Вот «вынь его и полож». А липа, она барышня капризная, может в этом году нектар и не выделять. Холодно ей. Дождь прошел. И не очень порядочные пчеловоды гонят самую настоящую липу – под видом липового продают страждущим гражданам подсолнечный, цветочный, любой другой. Как говорится, спрос рождает предложение.

© www.rnsp.su 2018